"3 октября российской военной разведкой было вскрыто время и место проведения совещания руководства Джебхат ан-Нусры" во главе с лидером группировки Абу Мухаммедом аль-Джуляни. Для поражения данной цели из состава дежурных сил российской авиации в Сирии были назначены самолеты Су-34 и Су-35".
В Минобороны сообщили, что решение о нанесении воздушного удара было принято после того, как по нескольким каналам было получено подтверждение о прибытии террористов и начале их совещания. Сбор данных о местонахождении главарей "Джебхат ан-Нусры" велся многоуровневой системой разведки, в результате удара главарь "Джебхат ан-Нусры" Абу Мухаммед аль-Джуляни получил множественные тяжелые осколочные ранения и лишился руки.
Как сообщает Минобороны со ссылкой на независимые источники, аль-Джуляни находится в критическом состоянии."
"Вместе с многочисленной (около 50 человек) охраной, также уничтожены 12 полевых командиров "Джебхат ан-Нусры", в том числе ближайший помощник аль-Джуляни - начальник службы безопасности группировки Ахмад аль-Гизаи", - добавили в ведомстве. По его данным, еще более десятка боевиков получили взрывные ранения среднего и тяжелого характера.

ТАКЖЕ
В Сирии убиты пять полевых командиров, руководивших нападением на военных полицейских РФ.
ВКС РФ нанесли 10 ударов по объектам боевиков в Идлибе.
Специальные мероприятия ведомства по уничтожению террористов, причастных к нападению 18 сентября на наблюдательный пост российской военной полиции на границе зоны деэскалации Идлиб, будут продолжены.

Теперь противник разбит, очаги его деятельности локализованы, и правительственные войска, освобождая населенные пункты на различных направлениях, наконец, имеют возможность разобраться с самим источником враждебных сил на территории Сирии.
Ценные трофеи

В начале сентября правительственные войска прорвали блокаду Дейр-Эз-Зора и приступили к освобождению территории к востоку от Евфрата.

Однако не все дороги, ведущие из центральных районов Сирии в провинцию Дейр-Эз-Зор, находятся под контролем подразделений сирийской армии. Чтобы выставить блокпосты на всех дорогах, ведущих на восток Сирии, САА пришлось бы перераспределить для этого огромное количество сил, отозвав их с более значимых направлений, чего армия пока себе позволить не может, этим и пользуются террористы.

По одной из дорог на юго-востоке Сирии из лагерей подготовки боевиков под Эт-Танфом в район ведения боевых действий к востоку от Дейр-Эз-Зора поступали подкрепления ИГИЛ и переправлялись колонны с припасами. Об этом довольно быстро стало известно разведке «Мухабарат», и на одну из колонн, выдвинувшуюся из Эт-Танфа, была организована засада. В результате завязавшегося боя и возгорания техники большая часть переданного боевикам имущества сгорела, но кое-что удалось захватить. Что еще важнее, в плен было взято несколько раненых боевиков.



Это действительно редкость, так как сирийцы, воюющие в правительственной армии и видевшие своими глазами зверства изуверов из ИГИЛ, редко берут пленных. Однако на этот раз боевики попали в руки бойцов не из регулярной армии, а профессионалов, закаленных во множестве боев.

Захваченные террористы заявили о желании сотрудничества с разведчиками. Что особенно важно, по документам, найденным при них, удалось установить, что один из пленных — заместитель командира отряда.

Весь груз сгореть не успел, на месте пожара были найдены уцелевшие коробки с армейскими пайками американского производства и грузовые контейнеры, предназначенные для доставки грузов по воздуху. Все это является прямым свидетельством того, что спецслужбы США в равной степени с Израилем, больше других заинтересованном в продолжении войны в Сирии, занимаются как минимум снабжением террористической группировки ИГИЛ*.
Оружие и сухпайки вместо листовок или бомб

Найденные на месте чехлы и элементы крепления десантируемых с воздуха грузовых контейнеров американского производства свидетельствуют о том, что регулярно летающие над Сирией Б-52 используются не для залистования, как об этом заявляют представители «коалиции», а для доставки грузов террористам.

В пользу этого говорит и тот факт, что макеты листовок, которые якобы распространяются с помощью тяжелых бомбардировщиков, ни разу не были предоставлены для демонстрации. Точно так же не было ни одного случая, чтобы в СМИ или социальных сетях были опубликованы фотографии этих листовок, в то время, как сирийские листовки регулярно становятся объектом внимания сирийских пользователей и журналистов.



Вероятнее всего, именно под предлогом залистования 3 раза в неделю в сирийском небе появляются тяжелые самолеты «коалиции», доставляющие подопечным боевикам боеприпасы и продовольствие на парашютах. Зона работы этой авиации, заявленная такого «залистования» — Меядин — Абу-Кемаль, — то самое ключевое направление, за которое в настоящее время ведется борьба. Именно в этом районе находятся крупнейшие в Сирии нефтяные месторождения.
Кесарю — кесарево

Офицер контрразведки САР в разговоре с РВ подчеркнул, что в скором времени, когда плененные боевики ИГИЛ прольют достаточно света на характер и цели деятельности иностранных спецслужб в Сирии, мировому сообществу следует ожидать новых, крайне интересных подробностей отношений МОСАД, ЦРУ и ИГИЛ. Все добытые доказательства причастности западных спецслужб к военному конфликту в Сирии будут засвидетельствованы с соблюдением всех норм международного права и переданы на рассмотрение комиссии по борьбе с международным терроризмом.

Эффективные действия ВКС главный редактор журнала «Экспорт вооружений», сотрудник Центра анализа стратегий и технологий Андрей Фролов объяснил новизной российской техники, а также качественным ее обслуживанием. «Машины там применяются либо нового производства, либо те, что прошли ремонт и модернизацию», – сказал он газете ВЗГЛЯД.

Главком ВВС (2002–2007), Герой России, генерал армии Владимир Михайлов считает, что успехам ВКС в Сирии способствует высокое качество российских самолетов, высокий уровень подготовки летчиков и безукоризненная работа всего персонала, участвующего в подготовке и организации полетов. «Техника очень надежная», – подчеркнул собеседник. «Американцы были в шоке, когда узнали о количестве выполняемых нами вылетов. Им этого не понять», – добавил он.

«Главная причина успеха – это возврат должного внимания со стороны военно-политического руководства России к боевой готовности и технической оснащенности российских Вооруженных сил», – вторит бывшему главкому и Мураховский. Продемонстрирован новый уровень управления боем, отметил эксперт и добавил:

«Из национального центра управления обороной страны оперативная группа в режиме реального времени взаимодействует с командованием группировки в Сирии и с ВКС, которые работают непосредственно над полем боя. Она получает картинку в режиме реального времени с беспилотников, с некоторых космических средств, данные радиолокационной обстановки. В общем, гигантская система управления совершенно нового типа, которой раньше не было никогда у нас, и в Советской армии ее не было».

Эксперт указал, что командование группировки представлено общевойсковыми командирами, оперативные группы военных советников, которые действуют при сирийских соединениях и некоторых частях, – это тоже общевойсковые командиры.

«Также я бы отметил действия нашей системы материально-технического обеспечения, которая на этом удаленном театре военных действий сумела обеспечить нормальные условия для людей и техники, бесперебойное снабжение всей номенклатурой – от горючего, боеприпасов до вещевого обеспечения», – подчеркнул Мураховский.

Второй фактор – разведка

Как известно, в Сирии действуют все виды разведки. Глава Чечни Рамзан Кадыров еще в начале 2016 года заявлял, что сражаться против ИГИЛ* авиации помогают сухопутные силы, в том числе лучшие бойцы чеченского спецназа. Кроме того, бывший командующий Сил специальных операций (ССО) Алексей Дюмин признавался «Коммерсанту», что лично выполнял боевые задания в странах дальнего зарубежья, скорее всего, имея в виду как раз Сирию.

Работают разведгруппы, спецназ, а также местная агентура, какую-то информацию передают и сирийцы, перечисляет Фролов. «Безусловно, удары без разведки не наносятся, за исключением ударов, которые выполняются в так называемом режиме свободной охоты. Такие задачи тоже ставятся», – добавил эксперт. «И беспилотные летательные аппараты, и самолеты радиотехнической разведки, и Ту-214Р, которые имеют РЛС бокового обзора, и спутники – все используется», – указал он.

Мураховский тоже подчеркивает огромную важность разведки. «Задействованы и космическая, и воздушная, и радиоразведка, и войсковая, и глубинная – которую, например, ССО обеспечивают, и агентурная. По каждой цели составляется карточка, где указаны источники, достоверность данных и так далее», – объяснил он.

«Известно, что удары мы наносим по важным целям и только при подтверждении из нескольких источников, в том числе и технических средств разведки. Причем при подтверждении высокой степени достоверности», – рассказал собеседник.

Эксперт напомнил, что эти данные понадобились не только ВКС, но и ВМФ. «Для того, чтобы использовать высокоточное оружие, например «Калибр» тот же, надо иметь точные разведывательные, навигационные и топогеодезические данные», – отметил он.

«Цели, которые разведывают наземный спецназ, разведгруппы, – это близкая, тактическая глубина. В основном они работают для наземных, правительственных войск, для ракетных войск и артиллерии, – поясняет газете ВЗГЛЯД бывший командующий 4-й армией ВВС и ПВО генерал-лейтенант Валерий Горбенко. – На оперативной глубине – это уже спутники, беспилотники плюс агентура. Беспилотные средства разведки позволяют в реальном масштабе отслеживать действия игиловцев, определять места скопления».

Горбенко напомнил, что в нашей авиации давно действует правило: самолету перед вылетом назначается две цели – основная и запасная.

«Но благодаря данным с беспилотников уже в воздухе может происходить не только нацеливание, но и перенацеливание. Это позволяет наносить очень точные удары как управляемыми, так и неуправляемыми средствами. Точность увеличилась в разы, практически попадание с отклонениями один–два метра. Сразу же оценивают результаты ударов. Как раз увеличение точности привело к увеличению общей эффективности в разы», – сказал генерал.

Третий – задействованы сразу все рода войск

Как подчеркнул Мураховский, высокая эффективность ВКС обеспечивается и тем, что они действуют в Сирии не в одиночку, а при поддержке всех остальных родов и видов войск. «Очень эффективно и успешно действуют и ССО, и ВМФ, применяя, например, ракетные комплексы «Калибр». Несмотря на проблемы с оснащением флота современными кораблями, он совместно с ВКС обеспечил бесперебойное функционирование в высоком темпе так называемого сирийского экспресса, то есть доставку техники и предметов материально-технического обеспечения из российских портов в Латакию», – считает Мураховский. Не стоит забывать про метеорологическое и медицинское обеспечение.

Впрочем, Антон Мардасов, начальник отдела исследований ближневосточных конфликтов Института инновационного развития, считает роль ВМФ, в отличие от роли ВКС, не до конца успешной.

«Собственно, авиация себя показала замечательно: и летчики, и вертолетчики, и истребители. Но были противоречивые моменты по походу «Адмирала Кузнецова». Применение авианесущего крейсера для современного флота – это, конечно, не самый сильный опыт. Этот поход имел более учебно-боевые задачи – задел на будущее», – заявил он газете ВЗГЛЯД.

Как считает Мардасов, важную роль в успехе сыграла и ставка России на восстановление регулярной сирийской армии. Как пояснил эксперт:

«Вот Иран в момент своего вмешательства в сирийский конфликт начал создавать ополчение, то есть параллельные военным сирийским подразделениям структуры. Россия же выбрала другой путь – она сразу стала «накачивать» именно армейские структуры. Были, конечно, и поставки оружия ополчению, но ставка была сделана на регулярные подразделения, точнее, на то, что от них осталось».

Как подтверждает и Мураховский, подготовку сирийских военных ведут наши танкисты, артиллеристы, связисты и целый ряд других офицеров.

«Высокий уровень оперативного искусства и тактики, который до этого сирийская армия никогда не демонстрировала, достигнут благодаря нашей помощи,

в том числе в подготовке командиров штабов и военных специалистов», – подчеркнул собеседник. Мураховский подчеркивает, что все три упомянутых экспертами фактора победы важны в комплексе, при провале одного из них ни о каком разгроме противника говорить бы не пришлось.

Война выявила и ряд слабостей ВКС

Наши военные стараются информацию о проблемах в ВКС не распространять – в том числе чтобы не радовать боевиков, заявил газете ВЗГЛЯД военный эксперт Антон Лавров. «Известен только фактор наличия проблем», – указал он. Однако о некоторых пресса ранее все же сообщала.

В частности, высокоточные крылатые ракеты поначалу в ряде случаев просто не пускались. «Есть проблемы с авиационной техникой, в частности по применению крылатых ракет воздушного базирования», – признавал в декабре 2015 года замкомандующего Дальней авиацией генерал-майор Анатолий Коновалов. Однако в дальнейшем этот технический сбой устранили.

«Это общая проблема, связанная с развитием военной инфраструктуры, – отметил Антон Лавров. – Даже ракеты и бомбы со спутниковым наведением требуют развернутых наземных функций корректировки, для увеличения точности. Видимо, это сразу не было сделано и заняло какое-то время».

В марте 2016 года источники в Объединенной авиастроительной корпорации и ВКС сообщали о том, что в ходе операции возникали сбои в работе оборудования новейших самолетов «Су». Отказы происходили в системе управления самолетом и двигателях. Однако эти отказы, как сообщалось, происходили по «мелочи» и «были в целом некритичными». В этой связи их удавалось устранять по ходу, и никакого серьезного влияния на действия авиации они не оказали.

Однако со многими проблемами справиться до сих пор не удалось. И одна из главных связана с высокоточными боеприпасами.

Резервы свободнопадающих бомб (например, ФАБ-250 М-62 и ОФАБ-250) у нас, образно говоря, почти безграничны, а вот высокоточных боеприпасов остро не хватает, сообщил Лавров. В связи с этим такое вооружение «приходится использовать практически с заводов, так как не созданы запасы», – объяснил эксперт.

Остроту проблемы с боеприпасами удалось снизить за счет того, что с начала прошлого года ВКС, насколько известно, начали использовать крылатые ракеты Х-35 (в боевой обстановке ранее не испытывались). Нюанс в том, что эта ракета – противокорабельная. Специфическая траектория полета, а также особенности характеристик радиолокационной головки самонаведения значительно осложняют стрельбу по наземным целям. Это возможно, хотя и очень дорого.

Оптимальным было бы применение корректируемых авиабомб (КАБ), которые значительно дешевле высокоточного оружия. Но дело в том, что запасы КАБ у России не так уж и велики, так как долгое время считалось, что подобное вооружение понадобится в редких случаях.

Кроме того, в России не так уж много пилотов, умеющих использовать КАБ. Отдельно стоит отметить, что КАБ-500С отнюдь не дешев, по стоимости он равен автомобилю премиум-класса. Поэтому, по данным прессы, такие бомбы пришлось расходовать экономно – редкая цель в Сирии удостаивалась более чем одной КАБ, чего порой недостаточно для гарантированного уничтожения.

С подобной проблемой сталкивались и американцы при широком внедрении высокоточного оружия (1990-е годы). Для них решением стало внедрение JDAM – комплекта оборудования на основе технологии GPS, преобразующего имеющиеся свободнопадающие бомбы во всепогодные корректируемые боеприпасы. С учетом огромных запасов ФАБ и ОФАБ для нашей страны это могло бы стать относительно недорогим и простым выходом из ситуации, однако в России пока ничего подобного не создано. По крайней мере, в открытых источниках о создании такого оборудования не сообщалось.

Остро не хватает ударных беспилотников

В связи с этим больший упор все еще делается на более дешевое оружие – неуправляемое, отметил Лавров. Такими бомбами сложнее попасть по движущимся мишеням, указал он и добавил:

«Мы не НАТО и пока еще исключительно высокоточным оружием не действуем. С одной стороны, это снижает затраты, с другой же – делает куда более уязвимыми наши самолеты. Очевидно, что охота за мобильными целями – вооруженными пикапами и просто малыми группами – сопряжена с риском для пилотов».

Ведь летать приходится на малых высотах с риском напороться на огонь зенитных пулеметов, ручных гранатометов и ПЗРК. Здесь как нельзя более кстати могли бы прийтись ударные дроны. Вот только подобная российская техника все еще находится в стадии испытаний. «Существует очень большая проблема ударных беспилотников – их нет», – подчеркнул Лавров. В Сирии и Ираке воюют дроны китайского и даже иранского производства. «Используют самодельные беспилотники ИГИЛ и курды – все, кто угодно, а у нас они по-прежнему находятся в разработке, и когда появятся – непонятно», – посетовал эксперт.

Но отчасти и эту проблему все же решить удалось. «В последние месяцы стали активнее использовать вертолеты, и с поражением движущихся целей стало лучше, по моим впечатлениям», – отметил Лавров. «Да и управляемого оружия появилось гораздо больше», – добавил он. Ударные вертолеты отчасти перекрыли нишу беспилотников, но и их в Сирии не так много. «Они более уязвимы, особенно днем, и не могут долго находиться в воздухе, патрулировать», – указал эксперт.

Выявила операция в Сирии и еще один недостаток. Выяснилось, что тактико-технические характеристики и количество самолетов-заправщиков не могут обеспечить российскую авиацию на дальних полетах. У нас массовая нехватка заправщиков, а также пилотов, готовых к заправкам в воздухе, отметил Лавров. Но для войны в Сирии это не особо важно, указал эксперт, так как для всех дислоцированных на базе Хмеймим самолетов, кроме, может быть, Су-25, дальность там вполне доступная. Однако данная проблема выявилась при массовой переброске ВКС в Сирию в 2015 году и выводе части войск в 2016-м, когда самолеты не дозаправлялись в воздухе, а ограничивались только подвесными топливными баками.

«Удары с воздуха и с моря по группировкам и инфраструктуре террористических организаций ИГ** и «Джебхат-ан-Нусра» были точными и мощными, эффективными, – заявлял в мае 2016 года президент Владимир Путин. – Вместе с тем, и на этом мы должны будем сосредоточить все наше внимание, операция в Сирии выявила и определенные проблемы, недостатки. По каждому проблемному вопросу должно быть проведено самое тщательное расследование, имею в виду профессиональное расследование, самый тщательный анализ, а затем приняты меры по устранению этих проблем».