Майдан, на краткий миг своего существования разрешает экзистенциальный кризис никому не нужных, бессмысленно шатающихся людей, без работы, без внятного мировозрения, без царя в голове. Он дает смысл не только им, но и торгашам, фирмачам, другим профессионалам, зарабатывающих свой хлеб успешно… и скрытно подозревающих, что их жизнь — белый шум, сор и дрянь. Он дает смысл хулиганам, поскольку позволяет им стать героями и надеждой нации, ведь иначе молодость и храбрость в стране не нужна. Он дает смысл интеллигентам, ибо они могут пудрить друг другу мозги своей никчемной перхотью и чувствовать, как замечательно они справляются с ролью разума народа. Майдан, дающий смысл. Знаменитая Кузинатра незабвенных Смешариков — вот что такое Майдан.

Обратите внимание на несколько интересных историй болезни, которые были поданы в виде интервью с активистами в начале событий. Мне особенно запомнилось одно — про какую-то сельскую женщину, которую, по ее словам, «забыли родители», «ненавидели соседи», «не любили дети», она не уживалась ни на одной работе — и она обрела смысл на Майдане, прислуживая активистам. Понятно, что таких было много: одинокие старики чувствуют, что нужны. Молодежь — что в ней видят надежду. Люди среднего возраста чувствуют, что всем нужны их средства, организационные навыки, силы. Майдан дает удивительно теплую пелену единства, цели, нужности. Если не я — некому будет мазать бутерброды. Если не я — некому будет рвать булыжники и разливать бензин. Если не я — некому будет убивать ментов.

Майдановцы часто приводят эту фразу — «ты там не был, сходи, там такая атмосфера…» Учтите, это своего рода код. Много раз говорили это и мне. Мой брат скакал на Майдане и в ширину, и в высоту, попав туда благодаря своему другу N. Поведал и о подвигах — и камушками кидались, и бутылками, и шины жгли и снежные крепости строили. Даже были героически ранены чем-то в бою с кем-то. Приглашение присоединится к празднеству было явно неуместным: я отшучивался, что слишком стар и слишком зол… чтобы пойти служить в «Беркут». Мой брат — не какой-то горный шакал с восемью классами, он отличный предприниматель и надежный, умный человек. Его пример был для меня очень нужен — на этом экземпляре видно, как работает Майдан.

Брат вылил на меня обычный ушат пропаганды и агитации, даже не заботясь о том, чтобы обработать его для образованного человека, которым я — увы — являюсь. Посему я решил тоже особенно не умничать. Я сказал — «Да там же бандеровцы!»

И тут меня начали уверять, что бандеровцев там вообще нет. К счастью, у меня был контр-пример. А твой товарищ N — разве не бандеровец? К моему удивлению отрицалось и это. Пришлось дать ссылок пару-восемь на его деятельность в YouTube. На двух видео — он вместе с братом, так что сказать «а я не знал» не вышло. Думаете помогло?

Помните фразу «они побили детей»? Ее часто повторяют. Это типовой код, известный как «мы должны защитить своих детей». Простой и надежный пример меметического оружия.

Не помогает и не поможет. Это как заявится в опиумный притон и начать проповедовать трезвость. Зачем? Чтобы наркоманы были счастливы? Так они уже счастливы — здесь и сейчас. В отличии от тебя, лекарь. Многие знания ведь умножают печали.

Величайшая сила Майдана, роднящяя его с Эгрегором — коллективное счастье, вызванное разрешением кризиса личности, растворенной в единстве. Единство, в свою очередь порождается, как без сомнения установил бы Доктор, фильтром восприятия. Украинцы уверены, что там «почти все украинцы», русские — «что там почти все наши», нацисты — что все нацисты, пенсионеры — что там все стоят, чтобы пенсия была хорошая, интеллигенты — что там все культурные либералы и т.д. Критичность сознания тщательно уничтожается речевками, тренировками, бесконечной тревогой о грядущем штурме, постоянным грохотом барабанов и кастрюль, воем громкоговорителей, сообщением о нападении то тут, то там неуловимых «титушек». Человек не может остаться один, в тишине своего «Я». Уходя с Майдана он теряет единство — и его тянет обратно. Все, что не вписывается в картину мировосприятия Майдана отрицается, как случайное: «отдельные элементы», «провокаторы». Полное отсутствие критики, снижение способности к синтезу и анализу рождает такое единство, которому позавидовал бы съезд овощеводов Северной Кореи. Майдан полностью кидает человека в объятия Многих.

Проблема в том, что Многие — вовсе не тот дух, который будет работать бесплатно. Он жрет своих пленных и требует расширения; это пирамида. Когда расширение невозможно неизбежен коллапс личности. Что мы в общем и видим в городе, оккупированного алкоголиками, попрошайками, сумасшедшими, дезориентированными людьми. Место благости занято агрессией — случайной, бессмысленной, бестолковой. Легион ушел вместе с тем приятным чувством нужности, единения, дружины. Прими Реальность™ , брат.